22 июля 2026 года мировая геополитика столкнулась с тектоническим сдвигом: Министерство энергетики США официально объявило о заключении «исторического соглашения о ядерном сотрудничестве» с Саудовской Аравией. Этот документ — не просто протокол о намеренияму, а фундамент для полноценной гражданской атомной программы королевства, которая в перспективе позволит Эр-Рияду самостоятельно обогащать уран. Однако триумфальные заголовки продержались недолго: уже на следующий день стало ясно, что сделка находится в «зоне турбулентности». Вашингтон выставил жесткое условие: реализация проекта напрямую зависит от того, решится ли Саудовская Аравия на нормализацию отношений с Израилем.
Что же на самом деле стоит за этим мегапроектом? Соглашение состоит из двух ключевых документов. Первый — так называемое «Соглашение 1s2» (123 Agreement). Это юридический стандарт, который США используют для партнерства в сфере мирного атома, опираяся на закон об атомной энергии 1954 года. По состоянию на середину 2025 года в этот клуб входят 50 стран, включая такие державы, как Россия, Китай, Индия и Бразилия, а также важные игроки вроде МАГАТЭ и Тайваня. Второй документ — это пакет гарантий, подтверждающий, что все ядерные технологии в королевстве будут использоваться исключительно в мирных целях.
Хотя текст основного соглашения пока скрыт от широкой публилки, крупные американские издания, такие как The Wall Street Journal и The Washington Post, уже вовсю обсуждают его детали. Речь идет о многомиллиардном контракте сроком на 30 лет. Американские гиганты индустрии, среди которых, по прогнозам, ключевую роль может сыграть корпорация Westinghouse Electric (известная своими реакторами AP1000), станут архитекторами ядерной инфраструктуры Саудовской Аравии.
План развития выглядит амбициозно: в ближайшие два года стороны будут оценивать целесообразность строительства завода по обогащению урана. Если США дадут «зеленый свет», они сами построят такой завод и передадут технологии. Если же Вашингтон наложит вето на обогащение, Эр-Рияду в течение десяти лет будет запрещено заниматься этим самостоятельно или с другими партнерами — королевству придется довольствоваться лишь закупкой готового топлива.
Министр энергетики США Крис Райт уверен, что сделка соответствует высочайшим стандартам безопасности. Он вписал этот проект в общую стратегию «ядерного ренессанса» администрации Дональда Трампа, направленную на экспорт американских технологий и укрепление национальной безопасности. По сути, США пытаются занять нишу на рынке атомной энергетики, пока её не заняли конкуренты из России и Китая.
Однако политическая реальность вносит свои коррективы. Дональд Трамп уже дважды подчеркнул: самостоятельное обогащение урана для Саудовской Аравии под вопросом, если не будет достигнут прогресс в «Авраамовых соглашениях» — процессе нормализации отношений между Израилем и арабскими странами. Напомним, что после событий в секторе Газа в октябре 2023 года этот процесс фактически заморожен, а Эр-Рияд настаивает на создании полноценного палестинского государства как условии для сближения с Израилем.
Израильская сторона восприняла новость в штыки. Бывший премьер Нафтали Беннет прямо заявил, что сделка несет угрозу региональной безопасности и может спровоцировать ядерную гонку. А экс-министр обороны Авигдор Либерман и вовсе предрек, что гражданская программа Саудовской Аравии неизбежно перерастет в создание ядерного оружия. Премьер Биньямин Нетаньяху, хоть и не критиковал саму сделку напрямую, мастерски использовал слова Трампа, чтобы подчеркнуть свою приверженность принципу «мир через силу».
Эксперты указывают на опасный прецедент: если в случае с ОАЭ в 2009 году США настояли на «золотом стандарте» (отказе от обогащения и переработки топлива), то в новом соглашении с Саудовской Аравией таких жестких ограничений нет. Научный сотрудник ИМЭМО РАН Алексей Юрк отмечает, что ядерная сделка могла стать своего рода «платой» за присоединение Эр-Рияда к Авраамовым соглашениям, но Трамп вновь превратил это в инструмент политического давления.
Мировое сообщество также обеспокоено отсутствием полноценного международного контроля. В отличие от обязательных протоколов МАГАТЭ, контроль за саудовскими объектами, судя по всему, будут осуществлять сами США. Эксперт Ричард Нефью подчеркивает: отсутствие независимых инспекторов подрывает доверие. Если Иран будет знать, что за саудовскими объектами следят только американцы, он вряд ли сочтет такую проверку объективной.
В мире всего 14 стран, обладающих технологией обогащения урана, и лишь девять из них имеют ядерный арсенал. Специалисты Ассоциации по контролю над вооружениями (ACA) предупреждают: ослабление режима нераспространения может вызвать цепную реакцию, когда другие государства тоже начнут искать «скрытый потенциал» для создания бомбы.
Российские аналитики смотрят на ситуацию с долей скепсиса относительно создания именно «бомбы». Директор ЦЭБ Антон Хлопков полагает, что США меняют тактику из-за провала старой стратегии конкуренции с РФ и КНР. По его мнению, риски на Ближнем Востоке растут, но не столько из-за самой сделки, сколько из-за политики санкций и ударов по инфраструктуре Ирана, что ставит под сомнение саму суть международного договора о нераспространении. Тем не менее, эксперты сходятся в одном: для создания полноценного военного потенциала Саудовской Аравии потребуются десятилетия, а гражданская АЭС — это лишь первый, технологический шаг в большой стратегии диверсификации экономики королевства.
Опубликовано: 25 июля 2026, 05:43 | Время чтения: 3 мин | Теги: сша, саудовская аравия, ядерное сотрудничество, уран, атомная программа
